Жизнь что - и учит, и любит когда бьет?
...Все чаще в Рунете доводится чуять терпкие
запахи ностальгий. Индивидуальные, от имени поколений, про место
жительства, вплоть до вмятинки где-нибудь от своей
ноги. Мне очень понятен весь список чьих-то
личных заметок, в память втиснутый временем тлелых
образов ряд: оформляется четче и чище - взгляд
на тот мир дорог и лазеек, мир хорошей
страны - и неважных людей, как чаще всего говорят...
Американский
журналист написал свою правду о Беларуси
Александр
Щуплов Москва - Минск, "Российская газета"
Писатель Аркадий Мар - уроженец Ташкента, живет в
Америке. Мар создал в Нью-Йорке газету "Русская Америка"
- независимую, интеллигентную и интересную. После двухчасового
телеинтервью, которое дал ему Президент Беларуси Александр
Лукашенко личность американского писателя и журналиста вызвала
пристальное внимание американской прессы. Парадоксально, но
Аркадий Мар оказался первым американским журналистом, кто всерьез
заинтересовался Беларусью, путешествовал по ее городам и весям
целую неделю, записывая с кем хотел многочисленные
интервью...
О газете "Русская Америка" в Беларуси
заговорили после того, как редакция объявила Президента Лукашенко
выдающимся политическим деятелем 2004 года за "укрепление
принципов партнерства и добрососедства в Европе в контексте борьбы
с новыми угрозами и вызовами, обеспечение стабильности в обществе
и государстве, проведение социально-ориентированных экономических
реформ, пропаганду спорта и здорового образа жизни". С А. Маром
побеседовал корреспондент "СОЮЗа":
- Кого из белорусских
писателей или журналистов вы могли бы назвать своими
друзьями?
- С 1979 года я знаком с белорусской
писательницей Ольгой Ипатовой, которая была женой моего близкого
друга - узбекского прозаика Исфандияра. Она переводила узбекских
писателей, например Анвара Абиджана, написала историческую повесть
"Клятва" о походе Александра Македонского. Сейчас среди моих
белорусских друзей - известный белорусский поэт, лауреат
национальной премии Владимир Гутковский. Владимир - один из
авторов газеты "Русская Америка". Еще один мой белорусский друг -
журналист Юрий Василевский, издающий у нас же в Нью-Йорке газету
"Час" на белорусском языке.
- В минувшем году вы посетили
многие города Беларуси. С чем связан ваш интерес к
стране?
- В моей газете выступали дипломаты, министры,
политические лидеры из разных стран, в том числе СНГ. Давал нам
интервью посол России в Израиле Бовин, узбекский космонавт
Шарипов, верховный атаман казачьих войск России и зарубежья
генерал-полковник Коваленко, настоятель храма в Филадельфии
православный отец Марк Шинн, Билл Клинтон и его супруга
Хиллари. Дал интервью нашей газете и посол Беларуси при ООН Олег
Иванов, и газету со своим интервью он переслал на Родину.
Через месяц я получил просьбу от белорусского МИДа переслать
в представительство Белоруссии в Нью-Йорке полугодовую
подшивку газеты и свою автобиографию, а еще через время мне
поступило официальное предложение посетить Минск и взять интервью
у Президента Александра Лукашенко.
- Вы пробыли в Беларуси
около десяти дней. Какое впечатление осталось от
поездки?
- Я объездил страну вдоль и поперек. Посмотрел,
как живет белорусский народ, посетил многие заводы, агрогородки,
свободную экономическую зону в Бресте, съездил в Беловежскую пущу.
Был в Брестской крепости и Хатынском мемориале. Беларусь и ее люди
произвели на меня очень большое впечатление. Я встречался с
простыми рабочими, крестьянами, заезжал в отдаленные села, и везде
народ говорил: Президент Лукашенко делает очень многое для своей
страны и своего народа. Медицинское обслуживание - бесплатное.
Молодежь, которая хочет учиться, - может получить высшее
образование тоже бесплатно, за счет завода или колхоза, но с
условием вернуться туда после окончания института. Как мне
говорили пожилые люди, на зиму в деревнях им дают морковь,
картошку, капусту, лук - бесплатно...
- После того, как
ваше интервью с Президентом было показано по первому каналу
национального телевидения, вам досталось от оппозиционной прессы.
Помнится, одна местная газета доказывала: мол, нет никакого
Аркадия Мара и газеты "Русская Америка", все это - рекламные акции
белорусских спецслужб.
- Да, было и такое! несмотря на то,
что я привез в Беларусь около 50-ти номеров своей газеты, которые
раздавал журналистам, а на международной книжной ярмарке в Минске
в это время прошла презентация моей новой книги "Маленькие повести
о больших музыкантах". На стенде, рядом с книгой, висела и газета
"Русская Америка", каждый посетитель ярмарки мог ее почитать. Так
что со стороны некоторых белорусских изданий в мой адрес была
явная клевета! Я направил по электронной почте в редакцию открытое
письмо, в котором рассказал о своей газете, о том, что она выходит
в Нью-Йорке уже несколько лет. Но там отказались печатать мое
письмо, а также письмо в мою защиту от писателей из США, Австрии и
России, которые хорошо знали мою газету и печатались в ней в
течение последних шести лет.
- После этого вам, чтобы
защитить честь своей газеты и достоинство профессионального
журналиста и свое издание, пришлось обратиться в суд. Чем
закончилось судебное разбирательство?
- Я прислал на суд
все документы моей корпорации, которая выпускает газету "Русская
Америка", и последние пятьдесят номеров газеты. День судебного
заседания был назначен еще за два месяца, но ответчики из газеты
пришли за два часа до его начала и потребовали под предлогом, что
они не успели изучить дело - перенести судебное заседание для
изучения дела! Им было отказано в этом - у них уже было два
месяца, чтобы изучить дело раньше. И тогда они заявили, что суд не
демократичен, нарушает права человека, и покинули зал. Рассмотрев
материалы дела, суд признал их виновными в клевете и приговорил
газету заплатить штраф в 23 тысячи долларов, а автора - четыре с
половиной тысячи долларов. Это же решение подтвердил и вышестоящий
суд, отклонив их апелляцию. Все деньги, что по решению суда
выплачены мне - я передал в детскую больницу в Гомеле, где лечат
детей, пострадавших от чернобыльской катастрофы.
Мне бы
хотелось напомнить этим недалеким людям девиз моего издания,
еженедельника "Русская Америка": "Независимая газета независимых
мнений". Сейчас, когда так называемые "оранжевые революции" шагают
по СНГ, разрушая экономику, намного снижая уровень жизни, я
надеюсь, что чаша сия минует Беларусь и страна продолжит в
спокойной обстановке развивать экономику, сельское хозяйство,
оставаясь островком среди мира беспредела и импортированной
демократии.
ПРЕДСТАВЬТЕ СЕБЕ...
у вас
небольшая уютная квартирка, не шик-блеск, но и не халупа...
вы
любите работать руками и головой, а в свободный час послушать
старые грампластинки, но копите деньги на покупку и новой
аппаратуры под CD-DVD; потихоньку ремонтируете свою обитель, меняя
обои и мебель, у вас умелые руки и никаких мастеров со стороны
приглашать не хотите; вы человек не то чтобы старомодный, а скорее
основательный и всякие модные новации принимаете не сразу, но и не
отвергаете огульно - помня свою бурную и полную приключений
юность, а также наблюдая жизнь своих приятелей - когда-то близких
друзей...
ваша бывшая подружка частенько бывает у вас со своим
новым бой-фрэндом; вы расстались с ней вполне мирно и сохраняете
дружеские отношения, даже не выписали пока из квартиры, и храните
её старые вещи - до поры как не устроится на новом
месте; у вас своё мнение о причинах разрыва (будущая пассия
требовала продать книги и освободить место под евро-спальню, вам
это дело не нравилось, и тем более - ее планы в будущем вообще
переехать в новый район, продав эту квартирку; она считает
вас эгоистом и отсталым человеком, хотя и жалеет)...
но
вот на днях (в ваше отстутствие, ведь ключи вы не забрали) она
привела строителей, и затеяла евроремонт, свалив в коридор и на
лестничную площадку ваши книги и бесценные виниловые диски,
надеясь - в скором будущем за квартиру уплатят больше, а бой-фрэнд
готов выступить посредником...
вернувшись из поездки вы застали
у себя почти разгром - и первым делом спросили, почему всё это без
вашего ведома, без обсуждения, с наскоку и втихаря; и кто
заплатит?..
вам сказали - это для вашего блага, которого вы
пока не понимаете, но потом в радости поймёте...
а платить
будете вы, зато потом будете жить в гораздо лучших условиях и с
культурными соседями...
вы выгнали ремонтников, сделали
внушение "подруге", пообещав и бой-фрэнду набить лицо, если он не
угомонится, и принялись за уборку следов от наглого
вторжения...
однако подруга всем и всякому в городе начала
рассказывать о вашем ужасном характере, что якобы вы её били, что
вас надо призвать к порядку, и раз не понимаете - квартиру
забрать, вас переселить, и в хорошее общество не пускать, пока не
измените поведения и взглядов на свою неправильную жизнь...
и
когда вы набили лицо бой-фрэнду (справедливо видя в нём истинного
подстрекателя), вам начали угрожать всякими карами влиятельные
друзья побитого, во всём виня вас и только вас, и угрожая даже
заморозить ваши счета в их банках (о которых вы ни сном ни духом,
а ведь не помешали бы)...
Вам это не напоминает... Белоруссию,
и всё - что там происходит?
Угадаете с
двух раз? - в каком году ЭТО было:
"Парапсихолог-прорицатель Тофик Дадашев в
связи с ходом предвыборной борьбы за пост Президента России сделал
сенсационное заявление! - но о заявлении чуть позже. Сначала
о Дадашеве. Напомним, что ведущий ученый США в области
психоэнергетики и криминалистики (создатель известного Детектора
лжи) Клив Бакстер после экспериментов с парапсихологом на
Всемирном конгрессе по психотронике в Праге назвал Дадашева
"сильнейшим медиумом мира", пост-воплощением Вольфа Мессинга. И
это потом не раз оправдывалось: например, когда генерал
Гореловский благодаря полученному от Дадашева видению будущих
событий спас пассажиров-заложников в бакинском аэропорту Бина. За
что и получил высшую награду республики от президента
Азербайджана. И теперь о заявлении: вопреки утверждениям так
называемых "демократических сил" - будто борьбу за президентское
место выиграет Ельцин - Дадашев четко предсказал победу на выборах
Николаю Николаевичу Рыжкову. А других кандидатов на президентский
пост он образно охарактеризовал так:
Бакатин
- "ненадежный", Ельцин - "трагичный", Жириновский -
"авантюрный", Макашов - "справедливый", Тулеев -
"растворимый". Сам Рыжков предстал как "порядочный". В дальнейшем
же, как определил парапсихолог, вторым в России Президентом России
будет генерал Громов." (А. ХОЛИН, Московская правда) и далее текст
на обороте этого старого газетного клочка -
"...и что же произошло на самом
деле? Сейчас лишь около 12% реализованной кооперативами
продукции и услуг идет на нужды населения, а остальные -
падают на госсектор. Кстати, наиболее процветают не те
кооперативы, которые производят, а те что занимаются
куплей-продажей, то есть посредничеством. Принципом правового
государства всегда была стабильность
законов. Достойно восхищения постоянство американских
законодателей: в США действует конституция, принятая более 200 лет
назад - за два этих века в нее внесен ряд поправок, но в основе
своей она сохраняется в неизменности. А у нас? - что ни новый
лидер, то новая конституция (Никита Сергеевич вот не успел, хотя
проект "его" конституции активно готовился). Возьмем тот же Закон
о кооперации - он был принят так новыми законодателями, что уже
спустя короткое время в него вносились многочисленные поправки.
Разве такие законы помогают развитию экономики, стабилизируют
положение в обществе? Законотворческий процесс не терпит суеты,
спешки. Чтобы повысить стабильность законов надо предвидеть и
учитывать возможные негативные последствия того или иного решения,
увязывать с другими законами и их проектами, относящимися к
определенной группе. Большую помощь в этом может и должна оказать
независимая научная экспертиза законопроектов. Закон должен быть
экономически обоснован, обеспечен материальными, денежными,
кадровыми и всеми другими ресурсами. В противном случае он либо не
будет исполняться, либо потребует материальных вложений за счет
урезания каких-то социально-экономических программ. Согласитесь,
что нелепо сначала принимать закон, а потом долго думать - а как
же его исполнять. Закон не должен быть декларацией, призывом,
благим пожеланием. Он должен работать." (К. Скворцов, доктор
юридических наук, профессор)
= Это вести из I99I года, из ряда
тех самых годов - конфигурация цифр в которых повторяется раз
в сотни и тысячи лет, и характеризует в нумерологии и
астрологии периоды "кардинальной нестабильности" - когда вдруг
становится возможным все, даже самое безумное. Я полагаю, что
Дадашев действительно мог видеть то, о чем говорил. Но также знаю,
как интенсивно (и жестоко) работали на команду Ельцина некоторые
другие наши экстрасенсы. Судя по всему, их усилия были неправедны
- одна трагически потеряла сына, иным же были уготованы иные,
но и не менее убедительные кары. Кто знает - тот
знает...
Что касается полемических заметок заслуженного
юриста, то вывод из его рассуждений и прост, и печален: в России
всегда были и есть люди, которые "отличаются умом и
сообразительностью"; этих людей никогда не подпускали к власти
ближе, чем этого требовали "хватка и интересы" других людей -
которых тоже всегда хватает у нас; чтобы не было грамотных
экспертиз - развалим к чертям всю эту их науку! а чтоб
и следующим неповадно было - развалим и переделаем все
образование, а кого надо и как надо - научим где надо...
Референдум за Союз? - похерим, как глупство народное (по сей день
мадам Новодворская лелеет надежду извести весь этот рабский сброд
ради вольных демократицских променажей по весям огромной
страны в окружении своих 15-17 истинных приверженцев); в
собственники захотелось? - а на всех на вас мест не уготовано,
кто-то всегда живет за счет другого; фермер? а на кой они нам
нужны - что пожрать всегда купим или закажем. Это время
нахрапа и лжи не прошло без следов, без душевных ран, без первых
смертей (как Талькова) - оно еще длится. И если Президента
Путина ругают и озабочивают "там", видимо - он ведет себя
"боле-мене" правильно, не по мировым стандартам (которых в
действительности никогда не было и нет!), а по-русски. И не
созванивается с кем ни попадя в ущерб своей же стране, или во
благо - в смысле своего личного понимания (как Боровой с
Дудаевым).
...Кстати, они вообще большие чудаки, эти московские
экстрасенсы и ясновидящие. Когда у любимицы бомонда Лилианы дела
пошли на швах (не смогла защитить бизнес у одних, не
приворожила или не предсказала чего для других, а это больших
денежков стоит) - деловая дама сотворила крутейший финт:
сладила на себя покушение, при этом злодеями был взорван офисный
туалет! куда она вроде как направлялась, но голос свыше удержал...
естессно по ТВ сразу пошел проплаченный ею же сюжет на эту
тему. Типа происки конкурентов всему виной. И верят! =
red FROG
...В моем десятом классе учились "дети разных народов" и было
бы странно иначе: Ростов-Дон слывет и сейчас как поистине
много- и разно- национальный город. Позорище было прослыть
болваном и дураком, этих безжалостно терминовали кугут и кугутка.
О национальной принадлежности мы тогда просто НЕ ДУМАЛИ. Делили
нас как? на бедных и богатых ( папа генерал -
мама зубной врач), на "оттуда" и местных - это если довелось
пожить в какой-то из Групп войск, и опять же по рангу родичей.
Университет подарил мне встречу со страной мечты и одного из
родовых корешков (прадед по маминой линии был из сосланных в
Сибирь поляцких дворян) - и было это все в Польше
(привет, Вроцлав и Краков, Полянице Здруй, Величка, Гдыня и
Сопот... Катовице, Освенчим, Щецин...) - очень памятно: впервые
окатили грязью национальной ненависти где не ждал. И где?! в
заплеванном кинотеатрике на фильме HELP битловской, просмотр
которой мы уговорили сделать для нас куратора группы пана Анджея.
И лишь на следующий день уразумели, отчего он так долго и сурово
обдумывал просьбу и решал. Достало двух-трех реплик на
русском во время фильмы (а кто удержится, созерцая и слушая
Битлов?) - как на нас стали коситься, потом шипеть (и даже
покучнее пересаживаться пришлось), перед последними кадрами
убегавший в туалет Юрка Соколов почти трагически сообщил нам
парням - мол, у выхода уже ждут... Пан Анджей
благополучно вывел всех черным ходом, драки не состоялось. На
тот раз. И грустно, и смешно было, не более.
Сегодня все друзья
племяшек осмотрительно кучкуются по нац-признакам. Как и
остальные - тоже. В ходу вот словечки черный, азиат,
хачики, ахметки... Я не могу ни осуждать ребят, ни приветствовать.
Мне снова и грустно, и смешно. И тогда, и в
последующие встречи знакомые поляцы извинялись за своих
дурнев, которые по недоумию переносят (как бы помягче?...)
настороженное отношение к России как стране - на ее хороших
парней (как ты, Александер) в виде граждан этой страны. А я
всего-то и не хочу, что считаться - кто кому должен и кто кому
вредил. Лично я как индивидуальный демократический гражданин еще
никакой стране плохого сделать не успел - и нечего вам
катить. Точно так же, как и мне, кроме случаев - когда
иностранцы учат меня как мне жить в моей стране. Это -
не смешно!
...Что мне в нынешних молодых по
душе так это их почти физическая неприязнь к доносительству.
В наше время стукачей было больше. Хоть и стучали во благо, ради
"тебя же, дурака", чувственько омерзительное все существо марало
надолго. Разница с предупреждением тут - неуловима. И вот сейчас
этим вовсю пользуются те, в ком есть хоть малость от
"купи-продай"! За экзамен - плати, за зачет меньше - но
опять плати! одна из соседкиных
сестер-студенток отказалась и отстояла свое решение, другая
не захотела "связываться", а на мое предложение сообщить в
прокуратуру (пусть проверят!) да хоть по электронке и от моего же
имени - чуть не закатила истерику, типа зачем я хочу ей всю жизнь
испортить... Выть впору, вон даже докторские диссертации за
у.е. можно сделать - легко. И как бороться, что предпринимать?
полагаю, для начала ничего не давать, никому не предлагать. Лично
и с друзьями. До мессэджей в прокуратуру еще надо дорасти, уяснив
разницу между стукачеством - и защитой своих собственных прав. Не
бить же морду. Это ж полстраны будет в синяках ходить. Знаю что
все устаканится, но уж очень хочется чтобы поскорее. Или все же
придется подождать, лет этак ...?
А вот на радио Свобода
(кстати, весьма полезная контора, особенно если в сравнении) в
дискуссии на тему уроков XX съезда КПСС (это когда Никита
Сергеевич сталинский режим разоблачал и отменили ГУЛаг) - про
"кого сажали и за что" весьма уважаемые люди опять до конца правду
не проговорили; колоски вспомнили, и про опоздания, и еще
какие-то мелочи - о главном умолчали снова. О том, что почти всех
"сажали" по доносам, и что среди всех доносчиков особо
усердствовали наиболее продвинутые, тээн-интеллигенты, среди
которых оказалось слишком много уродов. Чего же требовать от
простых людишек? У меня дед по маминой линии только "по
знакомству" и спрятав бронь, спасся от доноса - на фронте, где и
погиб как другие славяне за страну, под Кенигсбергом. И ведь
писали на него, по бабушкиным словам, образованные и
интеллигентные люди и вроде бы уважаемые в городе. Мне
уже мама (царствие ей небесное) рассказала. И кого или что
мне винить? кого к ответу привлекать? и кому за кого мстить? я
только деда от папиного колена видел. Это ж куда как просто -
хаять страну вместо людишек, в этой стране злые дела творивших.
Страна - она без суда живет. За все отвечают ее люди, без
посредников со стороны.
Но и сегодня делаются странные
вещи: вот на Гаагском трибунале судят людей некогда единой
страны, и не по законам этой страны (или даже нынешних ее частей)
- а в качестве некоего суда народов. Но на каком основании? Уже и
на демократском Западе признали, что Югославию раскололи
сознательно и не без усилий со стороны; что Сребрянице
предшествовала резня в сербских селах, устроенная хорватами; и что
самопровозглашение независимости по этническо-религиозному
признаку не входит в число пресловутых общечеловеческих
ценностей. С какой стороны ни глянь, но нюрнбергского процесса не
получается. Кто все подстроил - тот и судит? В игре народов один
ходит козырями и тузами, другие сидят с плохими картами и
вынуждены пасовать - и сдаваться. И правом становится то, что
полезно держателям козырей, а правдой то - что приносит выгоду их
образу мыслей... наверх
Сергей Варшавчик ( http://www.ng.ru/tv/2006-04-28/13_pozner.html )
Владимир Познер:
Первый, второй и четвертый каналы оболванивают
население
Президент Телеакадемии
не хочет работать ни на какое государство
Владимир Познер
полагает, что телевидение наносит вред обществу.
Роль
телевидения в нашей нынешней жизни вызывает все больше вопросов,
причем не только у зрителей, но и у самих телевизионщиков. Об
этом беседа с президентом Телеакадемии и ведущим программы
«Времена» (Первый канал) Владимиром Познером.
– Владимир Владимирович, вы рекомендовали
коллегам посмотреть фильм Джорджа Клуни «Спокойной ночи и удачи» о
знаменитом телеведущем Cи-би-эс Эдварде Морроу, который заставил
уйти в отставку не менее знаменитого сенатора Маккарти. Зачем?
– Потому, что этот фильм о журналистах и журналистике,
сделанный в такое время, когда наша профессия во многих странах
сейчас подвергается очень серьезному давлению – как политическому,
так и финансовому. В результате чего сокращается ее площадь
деятельности и меняется сама профессия. Мне показалось, что этот
фильм очень полезен в том смысле, что нам необходимо задуматься
над тем, что мы делаем, почему мы это делаем и какая у нас
ответственность.
– В своей речи-рекомендации вы сказали,
что «важно понять, на кого работаем». Работая на государственном
канале, вы раньше этого не понимали?
– Видите ли, мне
очень не нравится эта терминология – «работая на государственном
канале». А работая не на государственном канале? В принципе что
меняется?
– Появляется независимость от государственной
точки зрения.
– Правильно. Но если вы работаете у
Рупперта Мэрдока, то вы работаете на Рупперта Мэрдока. А если вы
работали у Гусинского, то вы работали на Гусинского, который
использовал свой канал в политических целях, когда ему это было
нужно. Я не вижу принципиальной разницы. Так или иначе, вы
вынуждены, хотите вы того или нет, подчиняться тем правилам,
которые вам навязывают, или вы должны уйти и искать что-нибудь
другое. Что касается меня, то я многие годы – и, наверное, лучшие
годы – моей жизни работал на государство. Я был пропагандистом – в
печатных изданиях, а потом в эфире Московского радио на зарубеж. Я
занимался пропагандой советского строя и социализма, как я это
понимал, но, безусловно, служа государству. Потому что я верил в
то, что я говорил, я верил в эти идеи. И постепенно, все больше и
больше понимая, что моя вера ошибочна, я в конечном итоге пришел к
решению, что я больше не буду работать на государство. Ни на
какое.
– Вы перестали работать пропагандистом и стали
журналистом?
– Мне бы хотелось, по крайней мере, так
думать. И, судя по реакции самых разных людей в России, и не
только в России, у меня есть основания считать, что это так и
есть. Даже работая на государственном канале, каким ныне является
Первый. Хотя он скорее государственно-коммерческий, очень странная
смесь на самом деле, потому что он зарабатывает только за счет
рекламы и государство ему не дает ровным счетом ничего в отличие,
скажем, от канала «Россия», который тоже является
государственно-коммерческим, поскольку он дает рекламу, кроме
того, финансируется из бюджета. Но работая на таком канале, мне
пока что удается делать то, что я считаю нужным. Некоторые,
наверное, полагают, что нужно все время показывать кукиш и кого-то
там ругать и чего-то там нести. Я придерживаюсь другого мнения: я
не считаю, что журналистика может быть предвзятой и может защищать
только одну точку зрения. Журналистика должна давать зрителю
возможность послушать и то, и другое, и третье и сделать свои
выводы. Другое дело, что у меня есть моя точка зрения по поводу
того или иного явления и в тот момент, когда я уже гость
какой-либо программы, я ее могу высказывать. Но тогда я не
журналист, тогда я просто человек.
– Но журналистика
предполагает некое критическое отношение к власти. Канал
Гусинского, как к нему ни относиться, давал другую точку зрения,
чем, например, тогдашнее ОРТ. Между разными журналистскими
командами была борьба за зрителя. А сейчас на всех каналах – одна
точка зрения.
– Я могу вам напомнить, что было время,
когда не было никакой борьбы, когда и НТВ Гусинского, и ОРТ
Березовского объединились в борьбе против Зюганова, чтобы резко
поднять рейтинг Борису Николаевичу Ельцину. В этот момент все, кто
этим занимался, перестали быть журналистами. Они приняли
политическое решение, что если к власти вернутся коммунисты, то мы
вернемся в то прошлое, от которого ушли, и не будет никакой
свободы слова. Возможно, они были правы. Тем не менее они
перестали быть журналистами. Сегодняшнее положение дел на ТВ есть
следствие 1996 года, потому что это был урок, усвоенный властью,
которая этим пользуется, в частности, сегодня. Сейчас положение
дел на нашем телевидении, мягко говоря, печальное. И именно
потому, что нет двух точек зрения. Я говорю в данном контексте
только о политической составляющей, которая свелась к очень
небольшой части того, что происходит на телевидении. А все
остальное ушло в развлекательное ТВ.
– Безопасное ТВ?
– А для кого оно сейчас опасно? Когда телевидение
начинает угрожать власти, а не одному сенатору Маккарти, как это
было в случае с CBS, власть начинает реагировать самыми разными
способами давления. В конце концов тому же Эдварду Морроу пришлось
уйти, когда он перешагнул некоторую черту. Наша программа с Филом
Донахью в США была закрыта по политическим мотивам. Это мы знаем
точно. Донахью был отстранен от телевидения полтора года тому
назад, потому что председатель правления NBС дал соответствующее
указание, сказав, что «мы не хотим видеть на нашем экране лицо,
настроенное против войны в Ираке». То есть я хочу сказать, что
вообще некий критический взгляд тележурналистов на власть,
разумеется, должен быть. Но он вряд ли заключается в том, что
журналист позволяет себе, скажем, в адрес президента страны
сказать: «этот наглый подполковник» и т.д. Это я не считаю
критикой в отношении власти. Это я считаю выражением собственного
неприятия какого-то отдельно взятого человека.
– Но с
другой-то стороны, сейчас никто на телевидении всерьез не
анализирует шаги власти.
– Почему же, разные люди
анализируют. Другое дело, что нам не нравится их анализ. Может
быть, мы считаем их и, наверное, правильно считаем, предвзятыми в
своем анализе. И если вы скажете, что у нас почти нет
объективности на нашем телевидении, я соглашусь.
– Не так
давно вы заявили, что «нужно взорвать ситуацию и громко заявить,
что сейчас происходит в СМИ». Что же, на ваш взгляд, происходит
сейчас в СМИ?
– Это было сказано на совещании
Попечительского совета несуществующего Общественного телевидения,
когда я сказал, что необходимость такого телевидения очевидна и
для того, чтобы она была очевидна всем, нужно взорвать ситуацию,
сказав, что же происходит в СМИ, имея в виду только телевидение. А
происходит следующее: государственные каналы – первый, второй,
четвертый, который тоже является государственным через
государственный же «Газпром», – по сути дела, соблюдают один
подход к информации. При этом они управляются так или иначе
указаниями из президентской администрации и не затрагивают целый
ряд табуированных тем. Таким образом, может быть, это сильное
слово, но они обалванивают население, поскольку население не
знает, что происходит в стране на самом деле. Если вы хотите
создать гражданское общество, а вроде бы об этом говорится все
время, то вы этого не сможете сделать, имея население, которое не
знает, что происходит в собственной стране. Это контрпродуктивно и
приводит к обратному результату. Что интересно – вместе с
разговорами о гражданском обществе все ниже и ниже опускается
уровень доверия к телевидению. Потому что население не очень
понимает, что происходит, но чувствует, что что-то не то. И еще.
На госканалах приветствуется «мочение», что тоже не является
полезным, потому что в какой-то степени это призыв к крови. Не дай
бог, чтобы она была, но она может быть. И нужно каким-то образом
довести до сведения властей, что то, что они делают, на самом деле
наносит вред. Власть не справляется с тем, что происходит в
стране, потому что она имеет дело с населением, которое становится
все более циничным и все менее готовым поверить во что-либо и
потому инертным и безразличным. Соответственно – вот результат.
То, что происходит на телевидении сегодня, в конечном итоге
наносит вред. А вот то, как об этом пишут зачастую критики, в том
числе и телевизионные, не приносит пользы, потому что они не
предлагают, как сделать так, чтобы было иначе.
– Если мы
уж затронули тему телекритиков, то, как вы полагаете, почему
многими ваша теледеятельность рассматривается не столько как
журналистская, сколько все же как пропагандистская?
– Я
на это ответить не могу. Не знаю.
– Может, потому, что мои
коллеги подозревают вас в неискренности?
– По-моему, это
не моя проблема. Это их проблема. Потому что я-то знаю, искренен я
или нет. А они пускай пишут. Я вновь готов повторить одну из моих
любимых цитат Линкольна: «Я буду делать все, что я могу, пока я
могу. Если в итоге окажется, что я был прав, все слова моих
критиков и хулителей не будут стоить выеденного яйца. Если же в
итоге окажется, что я был не прав, то даже хор ангелов,
воспевающих мне славу, ничего не изменит». Я не могу обращать
внимание на то, что пишут критики, потому что не их дело судить –
искренен ли я или не искренен. Пускай они судят – профессионально
или нет делается программа.
– И это говорите вы? Президент
телеакадемии?
– Сегодня я президент, завтра – не
президент. Этот пост ничего не прибавляет и не убавляет с точки
зрения моей профессиональной деятельности.
– Понимаете,
когда ваша программа «Времена» во время Беслана не вышла из
отпуска, все были в недоумении.
– Ну и пусть было
недоумение. Меня не было в стране. Мы были в отпуске, и нас не
вызвали. И вы должны все-таки понимать, что Первый канал
принадлежит не мне. Канал покупает нашу программу, и он решает:
будет давать или не будет давать или что будет давать. В течение
довольно длительного времени, по средам, мы собирались с
генеральным директором Первого канала Эрнстом и рассказывали ему,
о чем будет наша следующая программа и каких гостей мы хотим
пригласить в студию. Я в этом не вижу абсолютно ничего
предосудительного: поскольку человек платит деньги, он имеет право
знать, что он покупает. Я могу сказать, что у нас бывали с Эрнстом
споры, иногда довольно резкие, например, по поводу того или иного
гостя или темы. Чаще всего спор по теме бывал связан с тем – будет
ли рейтинг у программы или не будет, будут смотреть или не будут.
Уже довольно много месяцев этих совещаний больше нет. Константин
Львович часто бывает на самой программе, которая выходит на
Дальний Восток в прямом эфире, а потом повторяется на остальную
часть страны в записи. Понятное дело, мы же не можем людей,
которые приходят к нам утром в 10 часов, пригласить еще раз в 6
часов вечера. Так вот, не было еще случая, чтобы во время
программы мне Константин Львович начинал говорить «не спрашивайте
это» или «говорите это». Потому что у нас с ним есть определенная
договоренность, которая заключается в том, что в тот самый момент,
когда я почувствую, что не могу делать то, что я хочу, – я
перестану делать эту программу. И к счастью, я себе могу это
позволить.
– А вы пробовали когда-нибудь пригласить на
программу Дмитрия Медведева, Сергея Иванова или Сергея Собянина?
– Есть целая группа высокопоставленных чиновников,
которые не ходят ни на какие программы. К ним можно только
приехать и снять с ними синхрон, чтобы потом использовать как
часть программы. Но чтобы они приехали и сели за стол... Сергей
Иванов – никогда не приезжает. Слава богу, что нам еще удается
иногда пригласить его первого зама, генерала армии, и то это
большое дело. Дмитрий Медведев тоже никогда не приезжает. Ну,
Сергей Собянин – относительно новый человек. Я не хочу сказать,
что он нам отказывает, просто еще не было повода. Ну, как их
заставишь? И то к нам на программу приходят люди, имеющие
отношение к принятию решений в стране. И из Государственной Думы,
и из правительства.
– Это среднее звено.
– Ничего
себе среднее звено! Греф – это среднее звено? Да, не приходит
Фрадков. Но знаете ли, во многих странах премьер-министр не
приходит на программы. А у нас генеральный прокурор приходил. А к
кому ходит высшее звено? Покажите мне такую программу, да еще в
прямом эфире.
– У вас есть табуированные персонажи?
– Я вам скажу, что мне был назван один человек, о котором
мне сказали, «прошу его не приглашать».
– Баркашов?
– Я вам не скажу, кто именно. А насчет Баркашова тут
тонкий вопрос: нужно ли предоставить ему такую трибуну, чтобы он
свои человеконенавистнические взгляды распространял на всю страну?
Очень непростой вопрос, потому что, с одной стороны, собственно
говоря, а почему он не имеет права? Ведь он выражает точку зрения
определенной части общества. Но, с другой стороны, Ирина
Петровская недавно очень сильно меня ругала за то, что в моей
программе по национальному вопросу был Жириновский, который якобы
был приглашен для рейтинга. Это неправда. Он – человек, который
выражает мнение довольно большого количества людей. И я подумал
про себя: пусть побольше людей увидит, что это за взгляды, кто
есть Жириновский на самом деле.
– А что, кто-то не знает,
что думает Жириновский?
– Мы напрасно полагаем, что то,
что мы знаем, и то, как мы думаем, – знает и думает население
России. Это не так. Отказать? Но он и не просился. Мы специально
его пригласили.
– Однако именно телевидение сделало
Жириновского Жириновским.
– Да, но только не наша
программа.
– То есть? Вы предоставили ему трибуну на всю
страну.
– Я считаю, что после последней программы мы
нанесли ему очень серьезный удар. Я получил массу писем и звонков
от различных людей.
– Ну и что? В то же время его
наградили орденом «За заслуги перед Отечеством» четвертой
степени. – Наградили, но, уверяю вас, не из-за нашей
программы. Я еще раз говорю, что это непростой вопрос, когда ты
думаешь: нужно ли одиозной фигуре дать возможность выступать по
телевидению?
– Как вы относитесь к прошедшему митингу за
свободу слова и против цензуры на телевидении, приуроченному к
5-летию разгона старого НТВ?
– Давайте договоримся о
терминах. На телевидении сейчас нет цензуры. Цензура – это когда
ты идешь к цензору, он смотрит твой материал, что-то вычеркивает и
ставит штамп, где написано «разрешено». Я это проходил. Сейчас у
нас нечто другое. Во-первых, контроль сверху, заключающийся во
встречах и телефонных звонках, где говорится, что надо и чего
делать не надо. И, во-вторых, колоссальная самоцензура, когда у
работников телевидения при любом намеке на то, что существует
какая-то опасность, срабатывает, как у павловской собаки,
соответствующий рефлекс. Как я отношусь к митингу? Положительно,
потому что сегодня в стране царствует безразличие и равнодушие ко
всему и большинство людей не считают, что они ответственны за свою
страну.
из архива за: 28.04.2006 обсудить -
http://www.ng.ru/tv/2006-04-28/13_pozner.html#
Две крупнейшие операции "холодной
войны" сейчас можно сравнить лишь с вероломным нападением
Гитлера на СССР (а ведь был Договор о дружбе и сотрудничестве
и некие общие планы): Пятый пункт и
Империя зла.
Об этом подробнее я расскажу
немного позднее... наверх
|
|