ИНТЕРЕСНОЕ ИЗ РАССЫЛОК И ОТКУДА НАШЛОСЬ

...и независимо от наших интересов

...установленная винда Home Edition много чем отличается от XP Professional. Но фокус в том, что Microsoft в очередной раз не захотело утруждать себя и писать две разные операционки - в общем - отличаются они между собой единственным ключиком в реестре. После чего вы получаете полноценную рабочую операционку со всеми присущими ей атрибутами, правами и даже заставками!
Итак - как переделать:
1. Запускаем regedit (кто не знает что это - то лезем в пуск->выполнить набираем regedit и жмем "ок")
2. Лезем в раздел реестра: HKEY_LOCAL_MASHINE > SYSTEM
3. Видим там несколько разделов ControlSet с номерами (например ControlSet001 и ControlSet003) - нам нужен тот, у которого самый больший из всех номер!
4. Далее лезем в Control > ProductOptions
5. Там в версии Home есть параметр ProductSuite типа "мультистроковый параметр" со значением Personal - его нужно удалить и взамен него создать там же параметр с именем Brand типа "DWORD" со значением равным нулю!
6. Закрываем Regedit и перегружаем машину - при загрузке жмем F8 и входим в меню выбора варантов загрузки и выбираем тот,  что переводится как "загрузка в последней удачной конфигурации"
7. Вот собственно и все - как только увидите при загрузке надпись Windows XP Professional - значит все получилось!
8. Чтобы переделать XP Pro в Home - нужно эти ключи поменять в обратной последовательности!
Получается, что если возникла неприятность с лицензионным софтом, то выгоднее всего в домен покупать Home Edition и дорабатывать напильником (обойдется почти в 3 раза дешевле). Я не адвокат, но теоретически, ведь я ставлю систему с официального дистрибутива, использую официальный серийный номер, а уж "настраивать" систему и менять мне в реестре любые ключи никто запретить не может, и значит я, являясь официально зарегистрированным пользователем, просто модернизировал систему под свои нужды, - законом не запрещено. (рацпредложение одного из умельцев с NoNaMe)

Пушкин жжот Муниципальный театр из албанского города Корче поставил русскую классику - и привез ее в Петербург. Самое интересное, как выяснилось, - программки к спектаклю. Благодаря известному фильму и собственному опыту мы знаем, что такое "трудности перевода". Но все эти трудности - сущие пустяки по сравнению с опасностью потеряться в обратном переводе. Вот вам наглядный пример!
"Неделя" стала обладателем уникального документа. Программка албанского спектакля, приехавшего недавно в Петербург на фестиваль "Балканское театральное пространство", столь красноречива сама по себе, что к ней вряд ли необходимы пространные комментарии: образованный читатель наверняка смекнет, какие именно произведения А.С. Пушкина зашифрованы в названиях "Банкет во времена холеры" и "Скаредный рыцарь". Неленивый читатель, вероятно, сможет найти соответствующее место в произведениях В.Г. Белинского, коего цитируют албанские мастера сцены. Тем же догадливым читателям, которые смогут внятно объяснить, чем отличается "владелец собственности" от "владельца обстановки" и находится ли у них в подчинении "костюмер платяного шкафа", "Неделя" готова предоставить бесплатную подписку. А тем, у кого с чувством юмора все в порядке, - еще и поездку в Албанию с обязательным просмотром спектакля по "Маленьким трагедиям" великого русского поэта, не ведавшего, как много открытий чудных готовит нам всем компьютерный автотранслятор.
Кто говорит по-"олбански"?
Курьез с программкой албанского театра поневоле напомнил нам о модном поветрии в интернете, о медведах, преведах и разговорах на олбанском языке. Раз уж вышло такое совпадение, напомним.
Термин "олбанский язык" появился в 2004 году, когда русский блоггер на американском сайте разместил фотографии с русскими комментариями. Один из американских пользователей поинтересовался, что это за язык, и ему либо в шутку, либо всерьез (по незнанию географии) ответили, что это албанский. На следующий день весь журнал несчастного американца был заполнен предложениями русскоязычных пользователей "учить олбанский". Следующей жертвой русских жж-юзеров стала певица Мадонна, разместившая на своем блоге напоминание о своем новом альбоме "Confessions on а Dance Floor!".
По-английски эта фраза звучала вполне лояльно, а в русском (электронном) переводе она оказалась довольно забавной: "Для моих русских вентиляторов. Я хочу лично приветствовать вас к моему blog. Я люблю вас ванты! Вы самые лучшие! Не забудьте купить мои новые исповеди альбома на поле танцульки. Выразьте. Не подавите. Я замечал ваше присутствие здесь. Я вспомню ваше мягкосердечие. Madonna".
Естественно, это вызвало бурю эмоций среди российских "падонкаф" (сайт udaff.com), которые и Луизе-Веронике Чикконе предложили выучить "олбанский". С тех пор каждый информационный повод, связанный с албанским языком, вызывает нездоровый интерес у жж-юзеров. Как видно, теперь к ним присоединятся и театроведы, критики и прочие театролюбы...

...Число преступлений в сфере высоких технологий растет с каждым годом. Об этом говорил министр МВД России генерал армии Рашид Нургалиев на международной конференции по борьбе с киберпреступностью и кибертерроризмом.
Министр отметил, что подобные преступления все чаще носят "многоэпизодный, скоротечный и трансграничный характер". По его словам, отмечается увеличение электронных атак на информационные ресурсы банковских структур с целью хищения денег или получения конфиденциальных сведений, необходимых для совершения подобных действий.
Также министр сообщил, что отсутствие в виртуале территориальных границ, анонимность, широкая аудитория пользователей интернета и возможность электронной торговли представляют большой интерес для криминальных структур. "Кроме того, интернет все чаще используется различными терр- и экстрем- организациями в целях пропаганды своих идей и связи с сообщниками", - сказал министр. Всего, по данным МВД России, в интернете сегодня действуют до 40 русскоязычных сайтов, содержащих материалы экстремистского и террористического характера, причём каждый четвертый такой сайт "сидит" на ресурсах отечественных провайдеров.
Глава МВД, однако, уверил, что его ведомство "ведет активную работу по выявлению и пресечению сайтов, пропагандирующих насилие, наркотики, идеи экстремизма и терроризма". В свою очередь начальник бюро специальных технических мероприятий министерства Борис Мирошников, выступая на конференции, сказал о том, что МВД России предлагает пересмотреть ряд положений Европейской конвенции по киберпреступности, принятой в 2002 году. Он пояснил, что этот документ подписали 42 страны, а ратифицировали только 12. "Это весьма нужный документ, поэтому нужно пересмотреть его положения и внести все необходимые изменения", - подчеркнул Б.Мирошников.
Подобного мнения придерживается и Р.Нургалиев, который также отметил, что создание надежного барьера на пути распространения этих явлений, имеющих трансграничный характер, невозможно без участия всех заинтересованных государств. При этом Р.Нургалиев пояснил, что сегодня у МВД России налажены тесные взаимоотношения в организации мероприятий по конкретным уголовным делам с правоохранительными органами Великобритании, Италии, Германии и США: "Мы проводим совместные мероприятия по конкретным уголовным делам, обмениваемся накопленным практическим опытом и информацией", - сказал министр. В то же время, считает он, "нужно продолжать работу по совершенствованию действующих международно-правовых механизмов противодействия киберпреступности и кибертерроризму".

Абсолютный цинизм или Как правильно ненавидеть Родину
В канун саммита Большой Восьмерки в Санкт-Петербурге в западной прессе вновь активизировалась дискуссия о членстве России в G8. Сторонники этой точки зрения утверждают, что в нашей стране свертывают демократию и рыночные процессы. С другой стороны, порой даже достаточно радикальная американская пресса, считает, что в отношении России, прежде всего со стороны США используются двойные стандарты. И в этом контексте не прекращающиеся разговоры о членстве в «восьмерке» воспринимаются и в России, и за границей, как еще один способ давления на нашу страну. Сегодня многие западные аналитики и журналисты все чаще и чаще сравнивают уровень этого давления с временами «холодной войны». При этом совершенно очевидно, что основная риторика, напоминающая о тех годах, идет прежде всего с запада. Со стороны России ничего подобного нет. Американский «Ньюсвик» назвал этот процесс «травлей», предупредив, что «к хорошему это не приведет».
Автор идеи
Членство России в G8, пусть и ущербное, является, вероятно, главным достижением внешней политики Бориса Ельцина. Администрация Путина сумела развить этот задел и добиться того, что сегодня мы принимает саммит в качестве председателя «восьмерки». Это бесспорное достижение, которое является очень важным для будущего России, поскольку складывается сразу из нескольких составляющих. Это, прежде всего успешная интеграция России в международную борьбу с терроризмом, урегулирование чеченского конфликта и внутренняя стабилизация ядерной державы, которая последние 15 лет балансировала на грани развала.
«Де-факто» именно восьмерка определяет основные пути развития мира. Поэтому председательствовать в ней не только почетно, но и очень важно. Вывести Россию из этого клуба, означает оставить ее на обочине основной магистрали цивилизации. Кто захочет такого поворота для своей страны? Однако впервые эта идея была озвучена именно россиянином ровно пять лет назад в статье бывшего президента НТВ Игоря Малашенко, опубликованной «Вашингтон Пост». Тогда он призвал не приглашать Владимира Путина на саммиты Большой Восьмерки. Свою позицию Малашенко и Владимир Гусинский объяснили, выступая в Конгрессе США, тем что в России уничтожается свобода слова (в данном случае имелся в виду конфликт вокруг НТВ), после чего на свет появилась знаменитая «резолюция 128», где прямо формулировалась предложение об исключении России.
Особого действия эта резолюция не имела, скорее, наоборот – за эти годы Россия стала полноправным членом восьмерки. Тем не менее, эта идея продолжает активно эксплуатироваться на Западе, особенно в канун значимых международных событий, связанных с нашей страной. Очевидно, что семена, посеянные Малашенко, проросли и видимо не без заботливого ухода. Наверное, Игорь Евгеньевич имел основания таить обиду (все-таки потерял контроль над телекомпанией, в создании которой участвовал). И, по сути, статья в «Вашингтон Пост», была, похоже, личным выпадом против Путина. Однако зачем мстить из-за неприязни к конкретному лицу, целой стране, а тем более своей Родине? И делать это, судя по всему на протяжении всех этих лет.
Это не очень логично, прежде всего, потому что, в отличии скажем от рядового россиянина, пострадавшего от ваучерной приватизации, потерявшего деньги в Сбербанке, и жившего все эти годы на зарплату, не обеспечивавшей даже физиологического минимума выживания, у Игоря Евгеньевича в жизни все складывалось, более чем не плохо. Советский Союз дал ему все, что могла тогда страна дать амбициозному человеку. Выходец из генеральской семьи, сразу после университета он попал на стажировку в США. Затем работал в престижном Институте США и Канады, после чего перешел на руководящую должность в Останкино. Иными словами, Малашенко, действительно принадлежал к административной элите России. Он был одним из тех, в ком очень нуждался российский народ во время ельцинских реформ. У него было все: образование, влияние, возможности, чтобы, если не предотвратить, то хотя бы смягчить тот шок, через который прошла Россия. Как он использовали эту возможность?
У гроба нации
В одном из своих интервью Малашенко признал, что освещение НТВ чеченской войны было «бескомпромиссным». Что это значит? В июле - августе 1996 года Генштабом России было проведено исследование информационного вещания НТВ. И вот что выяснилось. В среднем чеченская тематика занимала в программах НТВ от 10 до 18 минут на информационный выпуск. И до 80 процентов всех видеосъемок непосредственно боевых действий велось со стороны чеченских боевиков или же использовались пленки, снятые на стороне сепаратистов. Оставшиеся 20 процентов НТВ делило между съемками разрушений, вина за которые обычно возлагалась на нашу армию, интервьюированием местных жителей-чеченцев, "страдающих от русской агрессии", или же комментариями своих тележурналистов, в лучшем случае на фоне позиций федеральных войск, но чаще у сгоревшей российской техники.
Даже в 70-е годы, когда Америка увязла во Вьетнаме, американские СМИ, критикуя эту войну, "торпедируя" ее, не позволяли себе использовать съемки кинооператоров, работавших на стороне вьетнамских войск. Более того, в тех же Соединенных Штатах, а также в Великобритании, Франции и еще десятке стран существует строжайший законодательный запрет на использование любых кино-, фото-, видео и печатных материалов, снятых или написанных на стороне тех, кто ведет боевые действия против армий этих стран, и даже просто имеющих к «лояльные к врагам интонации». Российский же обыватель был фактически убежден прессой и телевидением в том, что Россия никогда эту войну выиграть не сможет, а чеченцы, в том числе и террористы, захватывающие больницы и взрывающие дома с мирными жителями, ведут справедливую освободительную войну, превосходя при этом российскую армию по всем позициям.
Иначе говоря, идеологическая машина чеченских сепаратистов находилась не где-нибудь в Грозном, Анкаре или Лондоне, а в Москве и на деньги российских налогоплательщиков вела агитацию в пользу Чечни и проигрыша Россией этой войны. Фактически именно "благодаря" одиозным, прочеченским российским СМИ и в особенности НТВ (детище Гусинского, называясь "независимым" телеканалом, существующим на коммерческой основе, тем не менее, имело целый ряд льгот как по использованию телевизионного "сигнала", так и в сфере налогообложения) была проиграна сначала информационная война, а затем и война самая настоящая - "горячая", с кровью тысяч российских парней. Зачем, Игорь Малашенко, являясь президентом канала, проводил подобную информационную политику остается только догадываться. Но как предполагают большинство аналитиков, Гусинский и Малашенко преследовали таким образом собственные лоббистские интересы. В частности, причина могла быть в особых отношениях между группой Гусинского и окружением президента Ельцина.
Безусловно, чеченская война одна из самых трагических ошибок в новейшей истории России, но можно было ли ее использовать, для сведения личных счетов? Имея в руках такой инструмент как НТВ, и обладая таким интеллектом, мог Игорь Евгеньевич попытаться подняться над конфликтом с администрацией не очень успешного российского президента Ельцина и встать на сторону интересов России. Ответ очевиден – мог, но не захотел. В одном из своих интервью Игорь Евгеньевич прямо говорит о своем кредо: «У меня два любимых постулата. Один звучит так: "Умеющий ходить — не оставляет следов» . А второй – это совершенно замечательная фраза, простая и понятная, как выстрел из пистолета: "Мудрый беспощаден".
В переложении к ситуации вокруг чеченской войны, это вероятно означает, что для сведения счетов любые средства хороши. Если оценивать с точки зрения прямых результатов, то они довольно незначительны. Коржаков и все тогдашние противники Малашенко и Гусинского ушли в отставку и доживают свой политический век на задворках Думы или Совета Федерации. А если оценивать общие последствия, то они чудовищны – кто сможет оценить долю этой пропаганды в смертях тысяч российских солдат? Всю глубину цинизма подобного отношения к своей стране трудно оценить.
Абсолютный цинизм
В ноябре 1997 года НТВ показал фильм Мартина Скорцезе «Последнее искушение Христа». Показал не смотря на протесты без преувеличения сказать миллионов верующих, обращение Государственной Думы, несмотря на личные просьбы патриарха Алексия Второго, а затем и его беспрецедентное по резкости заявление: "Церковь вправе сказать со всей пастырской ответственностью, что "Бог поругаем не бывает" (Гал 6:7), и что всякий, совершивший грех оскорбления, кощунства, если не покается, понесет наказание от Бога не только в будущей жизни, но и жизни земной". Глава Отдела внешних церковных связей митрополит Кирилл уже в 1998 году заявил: "Демонстрацией фильма были оскорблены религиозные чувства миллионов россиян… Тот, кто оскорбляет, обычно оказывается в проигрыше". Позже близкий сотрудник Малашенко Всеволод Вильчек с гордостью признался, что решение поставить в общедоступный эфир кощунственный для верующих практически всех конфесий фильм, принимал лично Игорь Евгеньевич. И вновь возникает вопрос – зачем? Ведь ничего не стоил
о пойти навстречу просьбам миллионов людей, проявить элементарное уважение к Церкви, к народу в конце-концов! Какие цели преследовал Игорь Евгеньевич, идя на публичный скандал? Много позже, американский журналист Пол Хлебников, в своей книге «Березовский крестный отец Кремля», описывая грызню между Борисом Абрамычем и Гусинским, констатирует, что тогдашнее НТВ даже по сравнению с американским телевидением, слишком много показывало насилия и порнографии. В этом смысле Россия еще кое-чем обязана именно Игорю Евгеньевичу: думский комитет по культуре даже пригласил Малашенко на специальное заседание, как инициатора показа по российскому телевидению расцененных Думой как порнографические еженедельных программ "Про это", "Империя страсти" и "Плейбой-шоу". По мнению выступавшей на этом заседании депутата Татьяны Астраханкиной, "ни один российский канал не наносит такого ущерба нравственности". Все это стало, яркой визитной карточкой НТВ. И в этом контексте, показ скандального фильма явился венцом деятельности Малашенко на руководимым им канале.
Нужно сказать, что в середине 90-х согласно социологических итогов многочисленных опросов патриарх Алексий Второй был самым популярным деятелем в стране. Это понятно, особенно на фоне того, как писал тот же Хлебников, руководители страны и олигархии совершенно пренебрегли интересами народа, основная масса людей стала искать поддержки в духовных корнях. В данном случае в православии. И с этой точки зрения протест Алексия Второго против показа фильма Скорцезе, означало требование прекратить духовное растление народа. И видимо шаг Игоря Малашенко, демонстративно отказавшегося прислушаться к мнению Церкви, означал подтверждение принципиальной приверженности к курсу своего канала на пропаганду насилия и растления. Как написал в 1997 году в своем официальном обращении глава Союза «Христианское Возрождение» Владимир Осипов, «Игорь Малашенко и Владимир Гусинский этим актом по сути объявили войну всем христианам и всем, кому дороги духовные ценности России.»
Видимо это и есть ответ на вопрос зачем? Вероятно такова принципиальная духовная позиция Игоря Евгеньевича. То есть, это явление того же порядка, что и фактическая пропаганда чеченских сепаратистов в эфире НТВ – быть беспощадным к интересам своего народа, своего рода цинизм возведенный в абсолют. Без пощады
Подобная позиция в отношении интересов народа России прослеживается у Игоря Малашенко и после отъезда в Америку. И выражается она не только в призывах исключения из «восьмерки». Сегодня в России все больше и больше растет понимание того, что в современном мире наш народ может занять достойное место только если возродит свои духовные ценности. И здесь у нас есть уникальный исторический шанс. Сейчас в Сан-Франциско проходит 4-й Всезарубежный Собор Русской православной Церкви Зарубежом, отделившейся от Церкви в России после октябрьской революции. Главный вопрос на Соборе объединение Церквей. В духовном смысле это означает окончательное преодоление почти вековой смуты и консолидацию соотечественников в 21 веке. С любых точек зрения это событие является знаковым – в истории Православной Церкви еще не было случае преодоления раскола.
"Нет причин, по которым бы мы не могли стать единой Церковью и войти в молитвенное общение. Это объединение должно произойти. Оно послужит дальнейшему воцерковлению русского народа", - сказал в интервью "Интерфаксу" в октябре прошлого один из деятелей РПЦЗ Секретарь Архиерейского Синода РПЦЗ епископ Манхэттенский Гавриил. Однако спустя всего полгода, перед открытием 4-го Всезарубежного Собора епископ говорит совершенно иначе: «Мое личное мнение, сложившееся после посещения многих епархий, заключается в том, что большая часть нашей паствы все-таки пока не готова к объединению, в России еще много советского», - заявил он в интервью российской прессе. Сегодня епископ Гавриил, фактически возглавляет оппозицию объединению, и публично утверждает, что представители всех волн эмиграции все еще с большим опасением относятся к российскому государству. Что же так радикально влияет на постоянные трансформации мнения этого самого молодого члена Зарубежного Синода? Оказывается, что ответ неожидан и пугающе прост. Думаю, что у россиянина, особенно у верующего человека это вызовет настоящий шок.
В том же интервью епископ Гавриил называет Игоря Малашенко, с которым по всей видимости близко общается в Америке (Игорь Евгеньевич проживает сейчас на Манхеттене в Нью-Йорке) «безусловным по-своему патриотом России». Это говорится о лице, которое было главным инициатором показа фильма возмутившего всю Россию . О том, кто на телевидении буквально разжигал чеченский конфликт, чуть не переросший в гражданскую войну. О том, кто был пионером порнографической революции на федеральном канале, инициатором порнографических программ растлевающих наш народ. Речь идет о человеке, который соткан из противоречий. В российской прессе очень хорошо знавшие его люди писали несколько лет назад: «Исполняющий функции диспетчера мировой закулисы Малашенко доволен своей почетной миссией посла, связника и политического агента тайных и могущественных сил. Младший научный сотрудник института США и Канады, стажер МИД СССР в Вашингтоне, выдвиженец полковника КГБ Богданова, Игорь Малашенко никогда не перерастет роль фарфоровой статуэтки… Как известно из газет, Малашенко увлекается игрой в гольф и... немножко магией. На столе в его рабочем кабинете лежат тринадцать камешков и тридцать шесть булавок. Возможно, оккультная практика помогает выжить щуплому человечку в мире больших и тайных сущностей».
Воссоединение Церкви поддержал президент России Владимир Путин. И если смена позиций Гавриила действительно идет от тесного общения с Игорем Малашенко, то это всего лишь очередное сведение личных счетов. Однако эта мстительность Малашенко и недальновидность, доходящая до наивности молодого епископа Гавриила может стоить нашему народу возможности уникального шанса воссоединить свою духовность – ведь неизвестно, когда еще так все будет удачно складываться, когда руководство страны и главы обоих ветвей Церкви склоняются к объединению.
Здесь уже упоминался Пол Хлебников. Американец, приехавший в Россию, был потрясен тем, во что разворовывали великую страну, родину его предков, такие люди как Березовский, Гусинский и Малашенко. У Хлебникова было не очень много возможностей повлиять на ситуацию, но он использовал их, чтобы написать честную книгу. За что видимо и был убит. По горькой иронии россиянин Игорь Малашенко, имевший очень много возможностей использовать свои силы на благо страны, потратил их на прямо противоположенное. В отличии от американца Хлебникова, отдавшего свою жизнь защищая российский народ, Малашенко живет ненавистью к Родине. Но и переехав Америку, - остановись, успокойся, тут есть все у тебя! он продолжает быть «мудрым и беспощадным». Беспощадным, прежде всего к своему народу. Виталий БЕЛОВ (www.kp.ru/)  наверх 
Илларионов фактически расписывается в своем атлантизме
И снова классическая иллюстрация геополитики. На антироссийском форуме, ставящем перед собой задачу выработки консолидированной геополитической стратегии наиболее враждебных России соседних стран под эгидой Вашингтона и в присутствии вице-президента США, представитель России, причем бывший до недавнего времени советником президента Путина по экономике, поносит свою страну и ее политическое руководство. И вызывает аплодисменты публики, дышащей ненавистью к России. Подробнее - на сайте http://lbs.km.ru:443/2162984type=2rnd=137632579%00%00 Александр Гельевич Дугин на KM.RU =
Илларионов фактически расписывается в своем атлантизме, в том, что он — агент влияния США и что он стоит на стороне врагов России. Это можно считать позицией, но было бы логично слышать ее от частного лица, перебежчика или какого-то невразумительного маргинала. Такими, кстати, являются представители белорусской оппозиции, выглядящие так, будто их недавно откопали в канаве. Но Андрей Илларионов еще совсем недавно был советником президента, направлял российскую экономику и озвучивал официальную позицию Кремля по многим вопросам. Каким образом получается так, что высокопоставленные российские чиновники, такие как Илларионов или вчерашний премьер Касьянов, вдруг мгновенно оказываются в стане атлантистов, поливают Россию и ее политическую власть и расшаркиваются перед сборищем самых отъявленных русофобов? наверх  Бельгийский политик эмигрирует в Россию
Факты: В официальном заявлении, распространенном Ферэ в четверг, говорится, что в понедельник он прибудет в Москву для участия в Международном конгрессе патриотических партий, организованном ЛДПР. В Москве, по словам Ферэ, он намерен обсудить с руководством ЛДПР необходимые условия для получения политического убежища в России – «демократической стране, где свобода выражения еще не утратила свой смысл», - сообщается на сайте бельгийской газеты «Le Soir en Ligne».
Западная цивилизация в целом и Европа в частности привыкли представлять картину мира так, будто они являются единственными и уникальными хранителями демократии. С прагматической точки зрения такую позицию можно понять: она дает возможность узурпировать право судить других, решать, где демократия есть, а где ее нет, кто провел выборы «правильно», а кому следует «попробовать еще раз». А также пытаться наказывать тех, кто и голосует «неправильно», и переголосовывать не хочет.
Однако на практике такую позицию даже в Европе разделяют далеко не все. В четверг бельгийский политик Даниэль Ферэ выступил с весьма неожиданным заявлением: он намерен просить о предоставлении политического убежища в России. Именно нашу страну, а не собственную, типично европейскую, Ферэ считает «демократической» и «такой, где свобода самовыражения еще не потеряла смысл».
Ферэ возглавляет Национальный фронт – политическую организацию, объединяющую франкоязычных бельгийских националистов. Его партию никак не назовешь маргинальной, она не раз показывала весьма убедительные результаты на выборах. Причиной яркого поступка лидера стало решение Брюссельского суда, 18 апреля приговорившего его к 250 часам принудительных работ и лишению на 10 лет права быть избранным в органы власти за «разжигание расовой ненависти». Такую идеологическую направленность судьи усмотрели в листовках и брошюрах, распространяемых лидером Национального фронта в ходе его предвыборной кампании.
Плохо скрываемая издевательская природа приговора заключается еще и в том, что Ферэ предстоит отрабатывать часы вместе с «иностранцами, которые находятся в процессе интеграции в бельгийское общество». Разумеется, проблема здесь заключается вовсе не в сильно преувеличенном негативном отношении политика к мигрантам, а в его безопасности в течение отведенных десяти с лишним суток чистого рабочего времени. Осужденный судом демократической страны за выражение собственной позиции, Ферэ подал апелляцию. Именно в случае ее отклонения он и намерен ходатайствовать о предоставлении политического убежища в России. Вынесенный приговор гораздо жестче, чем кажется на первый взгляд. На 10 лет лишить политика возможности побеждать на выборах значит полностью сломать его карьеру. К тому же за отказ от принудительных работ в кругу люто ненавидящих его мигрантов, приговоренному грозит 10 месяцев тюремного заключения.
В ближайший понедельник Даниэль Ферэ прибудет в Москву для участия в Международном конгрессе патриотических организаций, организованном ЛДПР. Тогда же он намерен обсудить с руководством партии условия, необходимые для предоставления ему статуса политэмигранта.
Описанный случай кажется нехарактерным лишь на первый взгляд. На самом деле уникально в нем только решение главного героя эмигрировать в Россию. А вот то, что либерализм и политкорректность европейская Фемида и власти давно считают ценностями более значимыми, нежели мнение собственного народа и его будущее в свете обострившихся до крайности межэтнических разногласий, как раз вполне типично.
Закрывать глаза на то, что проблема миграции и мигрантов в Европе существует, далее не представляется возможным. Известно, что она резко обострилась в свете парижских погромов и карикатурного скандала. На этой волне стремительно растет популярность политиков патриотической и национальной ориентации. Власть же продолжает упорно защищать агрессивные этнические меньшинства и даже радикальных исламистов. А выразителей интересов национального большинства попросту устраняет из политики как нежелательных конкурентов. Вот такая демократия. Александр Пугаченко (www.kprf.ru/)  
Венгерская марксистка Агнеш Хеллер получила крупнейшую культурную награду Дании
Lenta.ru - Сегодня на КПРФ.ру
Копенгагенский университет вручил венгерской писательнице и философу-марксисту Агнеш Хеллер премию Соннинга - крупнейшую культурную награду Дании (один миллион крон, чуть меньше 165 тысяч долларов). Аудитория приветствовала нового лауреата овацией, отметил корреспондент Associated Press.
Премию Соннинга университет Копенгагена вручает раз в два года за вклад в европейскую культуру. Агнеш Хеллер награждена за "интерпретацию проблем человеческого существования сквозь призму сочинений европейских философов и писателей": Аристотеля, Уильяма Шекспира, Иммануила Канта, Серена Кьеркегора, Мартина Хайдеггера.
Агнеш Хеллер - ученица крупнейшего венгерского философа XX века Дьердя (Георга) Лукача. Под его руководством она защитила в 1955 году диссертацию "Чернышевский и рациональный эгоизм". Она неоднократно вступала в конфликты с властью, ее дважды исключали из компартии, несколько раз изгоняли из Будапештского университета. В 1977 году Хеллер эмигрировала в Австралию. Лишь после 1989 года она вернулась в Венгрию, где была избрана в Академию наук. Большую часть времени преподает в крупнейших западных университетах и научных центрах; сейчас - в нью-йоркской New School for Social Research.
В прошлые годы лауреатами премии Соннинга становились: Карл Поппер (антикоммунист), Ханна Арендт, Вацлав Гавел, Гюнтер Грасс, Дарио Фо, Ингмар Бергман, Кшиштоф Кесьлевский, Уинстон Черчилль, Лоуренс Оливье...

Готическое общество Как определить политический режим, который существует сегодня в России? Можно ли называть демократическим строй, при котором большинство населения поддерживает восстановление однопартийной политической системы или, во всяком случае, уж никак не сопротивляется ему? И на каком основании не считать такой режим демократическим?
Критики демократии неоднократно отмечали, что и фашизм, и коммунизм были демократическими режимами, обеспечивавшими доступ к управлению государством и обществом выходцам из социальных низов, подчеркивали, что в демократическом устройстве заложен принцип саморазрушения и перерождения. И при коммунистическом, и при фашистском режиме народовластие было ощутимо дополнено прямой и непосредственной материальной выгодой "широких масс", основанной на глобальном переделе собственности. Небывалый массовый идеологический успех обоих режимов трудно не связать так же с тем фактом, что предлагаемые "народу" идеи и ценности формировались на основе распространенных представлений и находили, несмотря на огромное количество жертв среди самих демократических слоев населения (например, крестьянства в Советской России), глубокий отклик в массах.
Не менее важен тот факт, что и фашизм, и сталинизм могли сохраняться в памяти "широких масс" в виде мифа о золотом веке. Но если переосмысление прошлого в Германии, где сегодня преобладает крайне критичное отношение к фашизму, а политкорректный дискурс исключает открытую ностальгию о нацистском периоде, значительно снизило привлекательность фашизма, то в России, где никто - ни мировая общественность, ни собственные интеллектуалы и политики - не пытается навязать "постсоветским массам" "моральное чувство", стоит ли удивляться тому, что, по данным последних социологических опросов, более 50% российской молодежи считает, что Сталин "сделал больше хорошего, чем плохого"1?
Тема преемственности тоталитаризма и демократии остро поставлена в работах итальянского философа Дж.Агамбена. Он показывает, что концентрационный лагерь остается и сегодня не эпифеноменом, а структурообразующим элементом современного демократического общества: "Лагерь <...> является скрытой матрицей политики, при которой мы продолжаем жить и которую мы должны приучиться распознавать, во всех ее метаморфозах, в зонах ожидания в наших аэропортах, так же как и в некоторых предместьях наших городов2".
Аушвиц и ГУЛАГ вызвали глобальный кризис того цивилизационного проекта, который лег в основу европейской демократии. Этот кризис выразился в подрыве доверия к ценностям, завещанным эпохой Просвещения, и в распаде опиравшихся на них представлений об обществе. Он заставил усомниться в основах демократического общественного устройства и обусловил глубокий кризис демократии, переживаемый современным западным обществом. Цивилизационный кризис, современниками которого мы являемся, вызывает радикальные перемены в жизни европейского общества. Отметим лишь некоторые из них, проявляющиеся в политике ведущих мировых держав.
Бывший генеральный канцлер Германии Шредер принял предложение российских властей стать председателем собрания акционеров в дочерней компании российского "Газпрома". Случай уникален не только в истории Германии, но и в истории западной демократии. О чем говорит этот потрясающий факт? О вовлечении в российскую коррупцию наших неиспорченных западных соседей, как комментировали его многие обозреватели? Отнюдь не только об этом. "Казус Шредера" показывает направление изменений принципов международной политики, новый курс на утверждение субъективности как ее принципа, когда интересы отдельных личностей - и их личных кланов - начинают значить и весить гораздо больше, чем политические интересы представляемых ими держав. Он вписывается в новую логику доминирования ситуативного, личного, индивидуального выбора, которому больше не способны эффективно сопротивляться институты демократического общества - многопартийная система, деятельность оппозиции, борьба правых и левых, политический кодекс чести и т.д. Ибо, как давно замечено, власть больше не ходит этими тропами, делая ненужными и безжизненными сами понятия. Политика, которую проводят и предлагают обществу Буш в США, Ширак во Франции, Путин в России, - это не правая политика уже хотя бы потому, что она не противостоит организованной и мощной левой политике.
Важно подчеркнуть, что политические решения по обе стороны Атлантики больше не исходят из партийной идеологии, которая перестала быть как сдерживающим, так и вдохновляющим источником политики. Говоря об упадке идеологии, я имею в виду не только и не столько обессмысливание партийных программ об общественном благе, которым руководствовались (или должны были говорить, что руководствуются) политические лидеры при принятии своих решений. Речь идет об отсутствии потребности у избирателей верить в ее необходимость и разделять с политическим классом видение того, каким должно быть общество. То, что раньше преподносилось в качестве коллективной воли, теперь все больше приобретает статус сугубо индивидуального, субъективного видения будущего общества.
В социальной сфере этот кризис выражается в росте среды (которую называют то "молодежной средой", то по именам различных движений), нормы поведения которой постоянно входят в прямой конфликт с декларируемым консенсусом о порядке, законности, морали демократического общества и с которой тем не менее блюстителям закона не удается ничего поделать - даже представить "ненормальность" ее "асоциального" поведения как достойную осуждения в глазах общественного мнения.
В интеллектуальной сфере кризис проявляется не только в отсутствии глобальных моделей, объясняющих развитие общества. Распад системы понятий, в которых описывалось европейское общество на протяжении последних трех веков, оборачивается кризисом научной рациональности, распадом идентичности интеллектуала и общим кризисом социальных наук, являвшихся на протяжении ХХ столетия идеологией демократии.
Опыт концентрационной вселенной лишил европейскую демократию ее идеальных оснований и поставил общество на грань драматических перемен. Вполне возможно, что единственный способ сопротивляться пагубным мутациям - научиться распознавать их концентрационную природу. Контуры перемен еще трудно определить и невозможно оценить однозначно, однако очевидно, что они затронут и Россию. Несомненно, что отсутствие морального опыта "проработки" советского прошлого, ставшего самым длительным опытом народовластия в этой стране, делает ее наиболее податливой к тем изменениям, которые подрывают основы традиционного гуманизма и заставляют гротескно проявляться в ней те черты, которые будут меньше заметны - или не проявятся вовсе - в других контекстах.
"Готическое общество" - так можно назвать один из сценариев, готовых осуществиться в российской действительности. Не стремясь нарисовать портрет общества, которого еще нет и которое, хочется надеется, не сложится, укажем на некоторые тенденции, которые проступают в российской повседневности наиболее отчетливо.
Важнейшая из них - это все более решительное превращение "зоны" в основу российского общежития. Российский пример, к сожалению, незнакомый Дж.Агамбену, позволяет нам на каждом шагу, а не только в аэропортах и городских окраинах обнаруживать воспроизводство правил зоны в организации общества. Речь идет не только о постепенном превращении тюремного сленга, оказавшего неизгладимое влияние на повседневный русский, в язык власти, и не только о стремительной конвергенции мафии и государственных структур, и даже не о беспредельной коррупции. Речь идет о формах социальной организации, складывающихся в согласии с правилами организации криминальной среды.
Приспособление к "правилам игры" - эвфемизм для обозначения бандитизма, распространившийся в русском языке в конце 80-х - начале 90-х гг., - означает, прежде всего, самоорганизацию социальной ткани в разных сферах жизни общества, от жилконторы до нефтяных концернов в кланы. Личная зависимость и преданность "пахану", который становится гораздо более эффективной гарантией защиты личных прав и свобод, чем конституция или давно включившиеся в эту систему органы "правопорядка", является единственным "принципом подбора кадров". Опора - в разных формах - на вооруженные формирования, стремление к наследственной передаче постов и профессий, отношение к институциям как к формам "кормлений", вытеснение формальных требований к выполнению определенных функций "близостью к телу", стремление свести описание должности к портрету ее обладателя - таковы лишь некоторые признаки готического общества. Следствием такой социальной организации становится испарение политики как формы существования публичного пространства и полная подмена ее личными отношениями между главарями: начальниками отраслей промышленности, предприятий, учреждений культуры. Ее другое очевидное следствие - стремительное вытеснение понятия эффективности производства понятием эффективности личного обогащения. Интересный вопрос - останется ли готическое общество обществом массового производства и потребления?
Понятие традиции абсолютно неприменимо к готическому обществу, поскольку все его практики носят сугубо индивидуалистический характер. Отказ от традиции и отрицание традиции, - как и культуры в целом, - опирается на способ выдвижения - личная лояльность, отсутствие обязательных компетенций для занятия лидирующей позиции, случайность обстоятельств, ведущих "наверх". Случайность как категория, отрицающая как идею "законности", так и "честной конкуренции", выступает важным принципом организации готического общества.
В политической сфере готическое общество обнаруживает себя в нищете публичной политики, в безлюдности публичного пространства, поскольку все значимые политические решения, которые пока еще санкционируются публичными жестами разного рода "коллективных органов", сообщениями в "прирученных" средствах массовой информации, являются результатом личного компромисса глав кланов.
Распад публичного пространства сочетается с культом насилия в области эстетики и полным отсутствием консенсуса по поводу морали. В России кризис моральных норм оказался тем более силен, чем более радикально в ходе перестройки была скомпрометирована ханжеская мораль "советского человека". Крах советского режима повлек за собой острое ощущение "морального вакуума", которое в значительной степени сохраняется и сегодня. В предшествующие эпохи, скажем в феодальном обществе, широкий консенсус по поводу морали складывался на основе религии. Утрата церковью своих позиций морального арбитра в обществе, которую не в состоянии компенсировать никакой религиозный псевдоренессанс, не позволяет православию претендовать на то, чтобы снова лечь в основу общественной морали. Поэтому в готическом обществе мораль становится ситуативной: суть запретов и степень дозволенного полностью определяется вкусами глав отдельных кланов, ни к чему не обязывая соседей. На смену универсальной морали приходит мораль как конкретная практика, применяемая здесь и сейчас, но именно в силу этого не нуждающаяся в описании в абстрактных и универсальных понятиях. Это вовсе не "замена одной универсальной модели морали на другую", "ханжеской советской морали" на "жесткие, но трезвые понятия" бандитской этики. Напротив, исчезновение единой системы референций, разделяемой обществом в целом, ведет к замене абстрактных представлений на пристрастия конкретных лиц. Согласие, достигаемое по поводу возникающих конфликтов между этими представлениями, тоже остается ситуативным, конкретным и личным и  поэтому все чаще обосновывается как реакция на личную "обиду" или на признание "личных заслуг".
Готическое общество создает не просто альтернативную демократии среду - оно прибирает и подчиняет себе все, что демократия утрачивает. Готическое общество питается мертворожденным телом российской демократии, явившейся на свет слишком поздно, чтобы противопоставить себя советскому народовластию.
Несмотря на глубоко субъективный характер своих практик, готическое общество не испытывает никакого уважения к личности, индивидуальности, приватности и прямо противоречит идее прав человека. Готическое общество, кошмар наследия концентрационной вселенной, рвется реализовать себя в России, выдавая зону за самую непосредственную, прямую и простую форму социальной самоорганизации в кризисных ситуациях, - племя, у которого нет и которому не нужны мораль, история, культура...
И хотя очевидно, что мы покидаем мир, в котором существовало понятие убежища - политического, морального, идеального, что процессы, о которых идет речь, далеко превосходят локальный российский масштаб, столь же очевидно, что в Европе традиция, которая может сопротивляться готическому сценарию, гораздо прочнее. Трагическое европейское прошлое стало предметом переживания и осмысления, глубоко затронувшим сознание граждан европейских стран. Осуждение преступлений создало основу морального консенсуса, предписывающего разделять хотя бы некоторые базовые ценности европейского гуманизма. Полное отсутствие в России иммунитета к законам зоны, проистекающее зачастую от неспособности разграничить зону и общество в силу их многолетней неразведенности на практике, нежелание задуматься о своей концентрационной истории делает эту страну особенно уязвимой для разрастания - пока в экспериментальных условиях - готического общества.
Поэтому нет необходимости в морализаторстве: мол, нехорошо, когда места мученической гибели миллионов людей, наших соотечественников, становятся пастбищами, дачными кооперативами, заброшенным и пустошами, а потомки, причмокивая, наперебой превозносят прелести отечественной истории ХХ века.
"Мертвые хватают живых, и в итоге мы имеем то, что имеем"
наверх      Подробнее - http://www.russ.ru/docs/115340134